Александр Варго - Не та дверь [сборник]

Ознакомительная версия. Доступно 10 страниц из 65

Потом он поможет Любе. Восьмилетняя дочь уже считала себя совсем самостоятельной, но ей все еще очень нравилось, когда после душа папа заворачивал ее в большое мохнатое полотенце и нес в кровать.

А после этого можно было бы сходить на кухню и выпить чаю, горячего, очень сладкого, с куском сыра. Посидеть, ни о чем не думая, просто отхлебывая любимый напиток глоток за глотком, и пойти спать.

— Привет, — наконец-то сказал он. — Это я.

Дети молчали, как его, так и Юлины. Они сидели на полу вокруг нее и смотрели на Васю. А потом Люба с Женей вскочили, бросились к отцу, облепили его, вцепились, повисли. Он услышал всхлипывания.

— Они тут извелись все. «Где папа с мамой, когда они приедут?» Только об этом и говорили. Днем еще ничего, пока гуляли, пока потом Женька поспал пару часов. Мультики смотрели, а вечером напридумывали себе черт знает что, чуть ли не хоронить вас с Аллой начали.

— Понятно, — выдавил Вася, глядя в пол. — Спасибо тебе, выручила.

Юля промолчала. Вася макушкой ощущал ее взгляд и стоял, не поднимая головы.

В конце концов подруга издала сухой смешок, встала на ноги и сказала:

— Пойдемте, девчонки. Нам пора домой.

Вася шагнул в сторону, увлекая за собой детей, и она прошла мимо. Обида вилась вслед за ней длинным густым шлейфом.

«Глупо все вышло, — подумал он. — Очень даже. Она нам помогла. Без нее мы…»

Но Вася остался стоять на месте.

Из коридора слышалась возня. Юля одевала близняшек. Вася, опытный отец, понимал и видел все по звукам, доносившимся до него. Вот одна за другой взвизгнули молнии. Это, должно быть, она застегнула штаны от комбинезонов. Раздались негромкие хлопки. Резинки, вшитые в низ штанин, легли на сапожки. Снова донесся визг молний, а вслед за ним — несколько звучных клацаний. Вот и все. Куртки застегнуты, дети готовы к выходу на улицу.

— До свидания!

— До свидания… до свидания, — повторили вслед за мамой близняшки.

Дверь открылась и захлопнулась.

Вася поднял голову, взглянул в окно. Там плескалась темнота, слегка подсвеченная мягким зеленым сиянием банковской вывески. Значит, одиннадцати часов вечера еще не было. В это время вывеску гасили, чтобы не мешала людям спать.

«Что теперь?.. Ах да, дети. Надо спать». — Мысли тяжело ворочались в голове.

Вася ощущал себя куском парного мяса, засунутым в морозилку. Поход в ванную выглядел настоящим подвигом, и с каждой секундой шансы на его свершение казались отцу все более призрачными.

Он повернулся к двери в коридор. Когда Вася уложит детей, он сможет лечь сам. Вернуться к Алле.

— Папа, а что с мамой? — спросила Люба.

«Мама очень-очень устала, ей надо отдохнуть. Завтра утром все будет в порядке. Давайте ложиться спать, шустрики».

— Мама заболела.

— Заболела? — Дочкины глаза расширились. — А сильно?

Он кивнул.

«Но она скоро поправится, честно. Ей надо отдохнуть. Все будет в порядке».

— Ей надо отдохнуть. У нее уши болят.

— А когда мама поправится?

— Не знаю.

«Что я говорю?»

— Мы вызовем врача. Он скажет и…

— Поможет? Да, папа?

Вася молча посмотрел на дочку, потом тихо сказал:

— Врачи всегда стараются помочь, изо всех сил. — Он постарался улыбнуться, но увидел, как изменилось выражение лица Любы, и тут же оставил эту идею. — Устал я, дети. — Эти слова дались ему совершенно свободно. — Очень. А мама еще больше. Давайте умываться.

Где-то минут через сорок Вася вошел в спальню и закрыл за собой дверь. Он шагнул вперед, наклонился и затаил дыхание. Алла дышала ровно, спокойно. Похоже, действительно спала.

На всякий случай Вася зажег на телефоне фонарик, вытянул руку вверх и направил свет на свою половину кровати. Жена оказалась на самом краю освещенной области, в густых сумерках. Мужу этого вполне хватило. Он увидел, что ее глаза под сомкнутыми веками не двигались. Значит, никаких кошмаров не было. По крайней мере пока.

Вася выпрямился и выключил свет. Он подумал, не стащить ли все-таки с Али хотя бы юбку, раз она так крепко спит, но решил не делать этого. Хрен с ней, с юбкой. Главное — не беспокоить.

Усталость едва не сшибла его с ног. Вася кое-как дошел до своей стороны кровати, плюхнулся на нее, начал стягивать брюки, но почти сразу же завалился на бок.

Ему все-таки удалось вытащить ноги из штанин, прежде чем он провалился в сонное беспамятство.

Когда Вася открыл глаза, за окном было уже совсем светло. Еще несколько минут он плавал в блаженном полусне. Телу было хорошо. Оно так благодарило Васю за полученный отдых, что нарушать это состояние ему казалось чем-то едва ли не кощунственным.

Из-за спины донесся тихий всхлип. Вася мигом вырвался из сладкого плена остатков сна и перевернулся на другой бок. Алла еще спала. Он подложил руку под голову и стал смотреть на жену.

Марлевые нашлепки и лысая голова плавно уплыли за границы видимого. Перед Васиным взглядом осталось только лицо любимой. Спокойным оно не было. Брови чуть сошлись к переносице, лоб прорезала небольшая морщинка. Глаза двигались из стороны в сторону, и Васе вспомнилось, какой он нашел Аллу утром в воскресенье, когда ночной кошмар парализовал ее. Нет, на этот раз все было иначе, далеко не так бурно.

Она снова всхлипнула, и Вася задумался. Может, разбудить ее или хотя бы легонько тряхнуть за плечо, чтобы неприятный сон сменился другим? Ему уже не раз случалось так делать, и это, как правило, срабатывало. Он протянул к Алле руку… и медленно убрал ее обратно.

Сейчас, когда Аля спала, она была совсем прежней. Плевать на то, что сделал с ее внешностью тот урод. Перед ним была его любимая жена. Живая, прежняя. Настоящая. Та, на которую он начал заглядываться еще в школе. Мать его детей. Страстная любовница и мудрая советчица. Острая на язычок, готовая без промедления пускать его в ход, если речь шла о каких-то бытовых мелочах, и бесконечно терпеливая, когда масштаб проблем становился иным.

Вася не знал, кто откроет глаза. Алла? Или та особа, которая проникла в ее тело еще в понедельник и поселилась в нем после нападения? Повлиять на это он не мог. А вот отсрочить получение ответа было в его силах.

Сколько они так пролежали, Вася не знал. Он просто глядел на жену, и в какой-то момент ему открылась истина. Самая пронзительная и искренняя молитва Богу — та, что без слов.

Должно быть, он лежал бы и дальше, если бы не естественные потребности. Вася тихо встал, надел шорты и вышел из комнаты. Уже стоя на пороге туалета, он замер. Ему показалось, что из коридора донесся какой-то звук. Но он так ничего и не дождался, закрыл дверь и занялся своими делами.

Люба с Женей стояли у приоткрытой двери детской, переглянулись и вышли в коридор. Они проснулись уже давно, но остались лежать, как-то сразу поняли, что этим утром лучше не бежать стремглав будить маму и папу, а подождать, пока те сами проснутся.

Люба попробовала было поговорить с братом о том, что же такое случилось с мамой, но беседы не получилось.

— Папа говорит, что у мамы уши болят, — сказал Женька и замолчал.

Да и самой Любе тоже нечего было добавить. У нее самой уши еще ни разу не болели. Один раз было такое у Димки, ее одноклассника. Мальчик поправился и сказал ей, что их продуло. Мама его сильно накажет, если он снова снимет шапку на продленке.

Но все это было скучным. А мамины больные уши почему-то представлялись Любе чем-то совершенно особенным. Она чувствовала, что их не могло просто продуть. Ведь мама уже взрослая, знает про шапку.

Вот только внятно объяснить самой себе это ощущение тайны у девочки не получалось. Ей оставалось лежать и мучиться от любопытства, которое заставляло ее то и дело ворочаться с боку на бок. В конце концов она не выдержала и спустилась с кровати за книжкой.

Читать Люба не очень-то любила и предпочла бы поиграть на планшете. Но он лежал в спальне родителей, которые справедливо полагали, что отдавать его в полное распоряжение детворы рановато. О дисциплине, в частности о хорошо сделанном домашнем задании, тогда придется забыть раз и навсегда.

Девочка глянула на Женьку, увидела, что он увлеченно играет с фигурками черепашек-ниндзя, и на миг позавидовала ему. Вот уж кто нисколько не думал о планшете.

Где-то через полчаса читать ей окончательно наскучило, и Люба присоединилась к Жене. Игра в солдатики показалась ей в тот момент куда более увлекательным занятием. Брат обрадовался и с готовностью отдал ей Шредера с Бибопом. Теперь старинные враги сражались друг с другом по-настоящему, будучи у разных хозяев.

Вскоре они услышали, как папа выходит из спальни. Походку родителей брат и сестра научились различать давным-давно. Дети уставились на дверь, ожидая, что она вот-вот откроется. Но папа прошел мимо. Тогда Люба с Женей решили, что раз он проснулся, то и мама уже не спит.

Ознакомительная версия. Доступно 10 страниц из 65